— Посмотри мне в глаза и скажи: это моя дочь? — от его холодного, забывчивого тона по телу пробегает страх, но я не собираюсь опускать взор. Тихомирову пора вспомнить, что даже в восемнадцать я никогда не уступала, а сейчас я мама. Мама чудесной девочки, которую я буду защищать.

— Смотрю тебе в глаза и повторяю: у моей дочери нет биологического отца. Если в будущем я встречу достойного мужчину, уверена, он захочет удочерить… — фраза замирает на языке, пальцы Глеба сжимают мою шею. Удар был настолько внезапным, что я не успела избежать. Он молчит, но его взгляд говорит сам за себя, и от страха я замираю. Он готов сделать со мной все, лишь за то, что я родила от него ребенка, не прервав беременность, или за то, что в моей жизни может появиться другой. Тихомиров всегда считал себя собственником.