Она была моим пациентом. Маленькая и такая хрупкая, что мне было страшно слишком сильно на нее давить. Казалось, она могла задохнуться в моих руках, если бы я начал ее массировать более интенсивно.

Мне нравилось ощущать ее под моими усталыми руками. Нравилось гладить ее теплую, согретую кожу, проводя твердыми, уставшими пальцами и оправдывая себя тем, что остаюсь в рамках «врач – пациент». Я любил представлять, как ее кожа меняется от нежного бледного оттенка до яркого алого, если бы я, к примеру, провел по ней ягодами земляники. Мне нравился ее тихий, взволнованный голос. Ее тонкий, ненавязчивый аромат с легкими нотами чайной розы и белого перца тоже мне нравился. Мне нравилось в ней все, кроме того, что она не была моей.