— Алтай, деньги должны быть у тебя через неделю, максимум две, — произносит отец с волнением.

— Я не предоставляю отсрочек. И взять деньги тебе негде.

— У меня есть возможность в Италии...

Алтай прерывает отца громким смехом.

— Ты действительно думаешь, что я позволю тебе покинуть страну?

— Тебе нужны эти деньги, а мне нужно время, чтобы их собрать. Ты же знаешь, Алтай, мы сто лет ведем дела. Я обещаю, что вернусь в любом случае.

Алтай смотрит на меня, и мне становится не по себе.

Этот человек был частью мрачной стороны жизни моего отца, в которую мне запрещалось вмешиваться. Говорят, он пережил ад, о чем свидетельствуют его изуродованные уши, шрам на губах и бездушные глаза.

— Ладно. Убирайся в свою Италию. Но Рада пока «отдохнет» на моей базе.

— Об этом не может быть и речи...

— Почему? Ты же вернешься. Это будет стимул, чтобы поторопиться.