Еще до полудня я рисковал жизнью трижды.

Сначала меня едва не убило падающее дерево, затем мой собственный командир, Равуда, пытался свести меня с ума — всегда неприятно, когда твою жизнь угрожает отнять тот, кто должен быть союзником. И только после этого за моим ликвидированием начали охотиться коварные враги.

Если бы не недуг дочери, разве я погрузился бы в эту жестокую борьбу?