00:00
Начало
Аннотация к книге •
Мне ли не пожалеть
Новый роман Владимира Шарова погружает читателя в судьбу семьи, которая переплетается с историей России XX века. Революция, Гражданская война, коллективизация, Великая Отечественная война, застойные годы и потрясения 1990-х – все эти события не просто фон, но основа романа, которую автор использует для создания художественного произведения, а также исследует как историк и философ, размышляющий о философии истории.
Шаров мастерски сочетает в своей прозе реализм, фантасмагорию, иронию и гротеск.
Владимир Шаров (1952–2018) – писатель и историк, автор книг «Репетиции», «Возвращение в Египет», «Старая девочка», «Будьте как дети», «Царство Агамемнона», «Воскрешение Лазаря», удостоенный премий «Большая книга» и «Русский Букер».
Во всех его произведениях, которые можно назвать философскими притчами, семейная история неразрывно связана с историей страны, а библейские темы переплетаются с событиями Революции.
«Шаров – аватар Андрея Платонова; тот же тип художника… Но если Платонов – настоящий “ребенок”, то Шаров – испорченный знанием истории, как бы совращённый».
Лев Данилкин, «Афиша»
«Запутанные клубки истории, из которых вышиваются шаровские романы, придают текстам почти толстовский размах».
Оливер Рэди, «The Times Literary Supplement»
Шаров мастерски сочетает в своей прозе реализм, фантасмагорию, иронию и гротеск.
Владимир Шаров (1952–2018) – писатель и историк, автор книг «Репетиции», «Возвращение в Египет», «Старая девочка», «Будьте как дети», «Царство Агамемнона», «Воскрешение Лазаря», удостоенный премий «Большая книга» и «Русский Букер».
Во всех его произведениях, которые можно назвать философскими притчами, семейная история неразрывно связана с историей страны, а библейские темы переплетаются с событиями Революции.
«Шаров – аватар Андрея Платонова; тот же тип художника… Но если Платонов – настоящий “ребенок”, то Шаров – испорченный знанием истории, как бы совращённый».
Лев Данилкин, «Афиша»
«Запутанные клубки истории, из которых вышиваются шаровские романы, придают текстам почти толстовский размах».
Оливер Рэди, «The Times Literary Supplement»