«Кричите, сколько душе угодно! Плюйся, огонь! Хлынь, ливень!
Ни гром, ни дождь — мне не дочери:
И за их свирепость я их не корю;
Я не давал им власти и не звал своими детьми, —
Стало быть, и подчиняться мне они не должны. Давайте же,
Начинайте вашу жуткую потеху! Вот я стою:
Немощный, убитый горем, презренный старик,
А вы — слуги и угодники
моих дочерей-злодеек — вместе с ними
с высоты небес обрушиваете удары на мою седую голову,
такую же древнюю, как и я. О, какой стыд!..»