– Мам, смотри, – голос Кати звучал приглушённо, как будто сквозь воду, искажённый нереальностью ситуации. – Это же папа, правда? – Да, – едва слышно ответила я, наблюдая, как Андрей склоняется к блондинке и целует её в щёку так же, как недавно целовал меня перед отъездом в ложную командировку. Я увидела, как его рука на миг задержалась на её животе – чужом животе с его ребёнком внутри. Они смеялись, излучая счастье, в жизни, где для нас с дочерью не осталось места. – Мама! Что происходит? – настойчивый голос дочери прорвался сквозь пелену ярости, в которую я погружалась. – Ничего, солнышко, – мой голос звучал странно, чуждо, механически, как у автоответчика. – Просто… папа вернулся из командировки раньше, чем ожидалось. Иди в школу, я… я поговорю с ним.