Оптину пустынь я знаю уже давно — почти шестнадцать лет, с 1874 года. Все это время я бывал там не раз: раньше подолгу жил в монастыре и зимой и летом, а теперь вот уже почти четвертый год безвыездно живу неподалеку. Поэтому особенно отчетливо вижу, как многое переменилось к лучшему. На моих глазах усилилось желание людей быть ближе к Церкви и ее преданию, возросла нужда в духовном руководстве.

С течением лет я все чаще встречаю здесь тех, кто приезжает не из одного лишь любопытства и не только из национального чувства — посмотреть на нечто по-настоящему русское, на обитель, стоящую на тех же основаниях, что и у наших предков, на благоустроенный русский монастырь. Нет: множество признаков говорит об ином — в последние годы заметно укрепились и стали настойчивее именно личные религиозные искания.