Родыгин, интригующе сменив тему, спешит сообщить, что Векшина находится на молочной кухне. Она мирно толкает коляску с младенцем, в то время как недалеко от нее, еще не заметный в потоке автомобилей, мчится Филимонов. Он возвращается с празднования дня рождения, где употреблял не только томатный сок.

Филимонов, почувствовав себя приятно, улыбнулся.

Не испытывая больше угрызений совести, Родыгин напомнил, что его зрение и без того далеко от идеала, а после вечеринки стало еще хуже. К тому же недавно прошла гроза, асфальт влажный, тормозной путь удлиняется. Филимонов нажимает на газ. Поздно! Красный свет, как цвет крови, слепит его глаза, машина стремительно движется к пешеходному переходу, где счастливая мать ведет свою коляску.

За окном раздались резкие звуки тормозов, Векшина зажмурилась. Ее дочка звали Агнией, она была пухленькой и смуглой, укутанной в атласно-розовый конверт с кружевами. Определенно, не в синем, так как синие расцветки предназначены для мальчиков.