– Как я могу ему помочь? Он сам справится… – Люся, руки! Он чинил кран, а ты окажи ему поддержку. Не пожалеешь, – ворчит бабушка. – Мой маникюр стоит пять тысяч! Эти руки не для грязной работы! Я же на отдыхе, чтобы напитать себя энергией природы, а не заниматься месивом грязи… – возмущаюсь и замечаю, как за спиной скрипит дверь. В дом заходит мужчина – бородатый, крепкий, почти до потолка. Мой рот закрывается сам собой, а слова застревают в горле. Вот это да… – Клавдия Семеновна. Кран на улице уже починил, – он оценивающе смотрит на меня и отворачивается, будто я его не интересую. – Если она не хочет вам помогать, может, отдадите меня ей на перевоспитание? Чего-о-о? Это кто кого еще перевоспитает, неотесанный дровосек! Я ему покажу!