00:00
Начало
Аннотация к книге •
Капитанская дочка
Шестнадцатилетний Петр Гринев, под давлением отца, отправляется на службу Родине. Однако его путь отличается от привычного для большинства дворян XVIII века: вместо Петербурга и светских мероприятий ему суждено оказаться в гарнизоне на границе киргизских степей.
На юного Гринева ожидают испытания любви и преданности, ненависти и предательства, оскорблений и жестоких поединков. Вскоре его жизнь изменится под воздействием разрушительных событий русского бунта, который будет «бессмысленным и беспощадным».
«"Который комендант?" – спросил самозванец. Наш урядник выступил из толпы и указал на Ивана Кузмича. Пугачев грозно взглянул на старика и сказал ему: „Как ты смел противиться мне, своему государю?“ Комендант, изнемогая от раны, собрал последние силы и отвечал твердым голосом: „Ты мне не государь, ты вор и самозванец, слышь ты!“ Пугачев мрачно нахмурился и махнул белым платком. Несколько казаков подхватили старого капитана и потащили к виселице. На ее перекладине очутился верхом изувеченный башкирец, которого допрашивали мы накануне. Он держал в руке веревку, и через минуту увидел я бедного Ивана Кузмича вздернутого на воздух.»
На юного Гринева ожидают испытания любви и преданности, ненависти и предательства, оскорблений и жестоких поединков. Вскоре его жизнь изменится под воздействием разрушительных событий русского бунта, который будет «бессмысленным и беспощадным».
«"Который комендант?" – спросил самозванец. Наш урядник выступил из толпы и указал на Ивана Кузмича. Пугачев грозно взглянул на старика и сказал ему: „Как ты смел противиться мне, своему государю?“ Комендант, изнемогая от раны, собрал последние силы и отвечал твердым голосом: „Ты мне не государь, ты вор и самозванец, слышь ты!“ Пугачев мрачно нахмурился и махнул белым платком. Несколько казаков подхватили старого капитана и потащили к виселице. На ее перекладине очутился верхом изувеченный башкирец, которого допрашивали мы накануне. Он держал в руке веревку, и через минуту увидел я бедного Ивана Кузмича вздернутого на воздух.»