«В образе Асимова ощущается нечто металлическое, его коренастая фигура словно олицетворяет дикой дух. Глаза, как у татар или монголов, с характерными прорезями, выдающими его нелюдимый и отстраненный характер. Он словно очертил вокруг себя границы: всё, что находится внутри, принадлежит ему, а за пределами этого круга – ничего, даже трава не растет. Снаружи же он выглядит спокойным и добрым, покидая свой дом и отдавая поклон с задумчивым выражением, или же занимаясь делами на своем пчельнике за огородом. Вечером к нему заглядывает Гурилев, тоже опытный пчеловод, и они заводят беседы о роях, поносках, матках вострохвостых и теплых летних ночах, которые так хорошо влияют на пчел: неделя таких теплых дней – и улей наполняется медом…»