— Вика, милая, хватит. Не унывай. Это всё ерунда! Да кому сдалась эта Карина? Мирон же не дурак — не станет променивать тебя на чью-то жену. У вас шестеро детей, а у неё только две девочки. Да и что там вообще могло случиться? Работа, командировка, какие-нибудь встречи, приёмы. Ты же знаешь, как журналисты любят раздувать и переворачивать факты.

Я неспешно подняла глаза на подругу. В горле пересохло, будто его стянуло.

— Три недели назад он был в Швейцарии. Сказал, что летит в Цюрих на переговоры.

Ольга замолчала, и её прежняя убеждённость начала растворяться.

— Ну… может, переговоры и правда были… А остальное — уже потом, по пути… между делом…

Я перевела взгляд на огромное окно, за которым тянулся наш ухоженный сад. Здесь всё принадлежит ему: дом, земля, вся эта выстроенная жизнь. И я в ней — словно часть интерьера. Удобная, красивая… но при необходимости — легко заменяемая.