«…Известие о кровопролитной битве на Альме действительно потрясло его до самой глубины души (читатель уже, разумеется, убедился, что Муратов — человек добрый). И тогда ни слёзы дорогой Лизы, обнимавшей его и целующей руки, умоляя не уезжать, ни сладкая, чувственная привязанность к её губам, плечам, рукам, к шороху её платья — словом, ко всему тому, что ещё совсем недавно было для него чужим и манило недосягаемостью (ведь в браке они прожили лишь полтора года!), ни занятия агрономией, ни оранжереи, ни диван — ничто не оказалось в силах его удержать.
И вот он — ополченец!..»