Когда Ольга Вячеславовна появлялась в своем ситцевом халате, неопрятная и угрюмая, на кухне воцарялась тишина, лишь примусы, полные керосина и скрытой злости, продолжали шипеть. Она излучала какую-то угрозу. Один из соседей заметил:

– Есть такие женщины с нажимом на спусковой крючок… Держитесь от них подальше, друзья…

С кружкой и зубной щеткой, обернутая мохнатым полотенцем, Ольга Вячеславовна подходила к раковине и принимала душ, обмывая свою темноволосую стриженую голову. Когда на кухне оставались лишь женщины, она распускала халат до пояса и мыла плечи, которые едва заметно напоминали подростковые. Встав на табурет, она очищала свои красивые и сильные ноги. В этот момент можно было заметить длинный поперечный шрам на ее бедре, на спине, чуть выше лопатки, розоватое углубление – след от пули, а на правом плече – небольшую синеватую татуировку. Ее тело было стройным, смуглым, с золотистым оттенком.