Творчество Пантелеймона Романова не публиковалось в нашей стране с конца 30-х годов, и только начиная с 70-х годов XX века начали выходить его рассказы.

"Современность стремится сделать художника полным выразителем своих чувств, идей, интересующих ее образов и настроений. Она требует, чтобы вся его продукция была на сто процентов выражением того нового, чем она живет… То, что современникам кажется самым существенным, то через год выявляется как малозначащая частность. Спустя некоторое время, а чаще всего после смерти художника, внимание общества вдруг жарко обращается к нему. Не потому, что он вперед за несколько лет угадал, чем будут интересоваться люди, а потому, что художник говорил о том менее праздничном, но человеческом, чем люди жили всегда и тогда, но были отвлечены сильным течением дней своей эпохи, далеко отошли от себя и, наконец, изголодались по самим себе".

Эти слова принадлежали Пантелеймону Романову в период его наивысшей популярности среди читателей.