Кто бы мог подумать, что какая-то мелочь окажется поворотной точкой и задаст направление всей моей дальнейшей судьбе. В ту пору я жил один и снимал комнату в доме, где обитали научные работники. Однажды весенним ленинградским вечером я сел у настежь открытого окна и разглядывал деревца в сквере, уже окутанные нежной светло‑зеленой дымкой листвы. Верхние этажи домов сияли бледно‑золотым закатным светом, а нижние понемногу уходили в синеватые сумерки. Вдалеке мерцала Нева, отчетливо виднелся шпиль Адмиралтейства. Все было удивительно хорошо — не хватало только музыки. Но мой ламповый приемник, как назло, сломался. Сквозь стены едва доносилась мягкая мелодия из соседней квартиры. Я невольно позавидовал соседям и в конце концов решил, что Антонина Ивановна, жившая рядом, наверняка без труда приведет радио в порядок. Лично мы не были знакомы, но я знал, что она работает ассистентом в физико‑техническом институте. На лестнице мы неизменно обменивались вежливыми поклонами, и мне показалось, что этого вполне достаточно, чтобы обратиться к ней с просьбой…