– Согласны ли вы, Максим… – начинает регистратор, но вместо ответа раздается резкий, злой окрик: имя названо не то. Идрис без колебаний отталкивает отца невесты и выходит вперед, обводя присутствующих тяжелым, ледяным взглядом. Он говорит прямо: его зовут Идрис, и жених здесь именно он.

Пока регистратор пытается разобраться, что происходит, Идрис произносит обвинение, от которого у невесты сжимается горло: три года назад ее отец «обменял» дочь на завод. Любые попытки понять, кто эти люди и чего добиваются, разбиваются о его ровные, почти насмешливые слова: он — покупатель, отец — продавец, а мать лишь ставит последнюю точку в этой чудовищной сделке.

Невеста бросается к матери, но Идрис грубо останавливает ее и возвращает к алтарю. Выбора ей не оставляют: от нее требуют всего одно слово — «да». Отказ невозможен, потому что ставка — жизнь отца: к его виску уже прижат пистолет.

Задыхаясь и срываясь на истерику, она выталкивает согласие. И фраза регистратора — «объявляю вас мужем и женой» — звучит не как праздник, а как приговор.