— Мы с Камилем скоро станем мужем и женой, и у нас будет ребенок. Сегодня он на встречу не придет. И вообще — ты больше никогда его не увидишь.
С этими словами она встала, поправила сумочку на сгибе локтя, а я смогла выдавить лишь:
— Но как же… мы ведь любим друг друга.
Она усмехнулась уголком губ.
— Между вами не было никакой любви, милая. Таких, как ты, наши мужчины оставляют для одного — чтобы утолять свои желания. А женятся они на нас. Таков порядок: простая иерархия, о которой ты, похоже, даже не догадывалась. Наши семьи все решили задолго до тебя — он тебе разве не говорил?
Она театрально сжала губы, изображая сочувствие, и, едва скрывая удовлетворение, добавила:
— Мне действительно жаль.
После этого она ушла.
А я осталась в кафе и продолжала ждать Камиля. Я цеплялась за мысль, что мне все померещилось, что я сама это придумала, и вот-вот он войдет. Но прошел час, затем второй. Давно заказанный кофе успел остыть, а Камиль так и не появился.
И, как она и сказала, он исчез из моей жизни и жизни нашей дочери — до сегодняшнего дня.