Способность видеть духов в их семье передаётся по женской линии — от матери к дочери. Но вместе с даром приходит и суровое проклятие: знахарке не дано обрести счастье. Евдокия узнала это слишком рано: в семь лет её отдали в ученицы к старой ведунье, в шестнадцать она едва не погибла в лесной глуши. Ей пришлось попрощаться и с женихом, и с наставницей — и принять силу, в которой нет места счастью.

Ненадолго Евдокия всё же испытала радость материнства, но деревня потребовала отречься от приёмного сына, заклеймив его как «бесово семя». Выбор Евдокии разбудил то, что проспало больше ста лет.