Желать возмездия тому, кто ранил, — одно, а решиться на реальное убийство — совсем иное. Что творится с человеком в тот миг, когда он произносит для другого смертный приговор? Какой внутренний механизм запускается, когда мы присваиваем себе право быть и судьей, и палачом? Виолетта слишком молода, чтобы довольствоваться чужими объяснениями, поэтому во всем будет разбираться сама. Ища точную формулу задетого сердца, она соберет рядом страдающих, алчных, завистливых и самоотверженных — и в ее маленьком вымышленном театре каждый окажется способен стать и жертвой, и преступником.