«Она была на грани.

Николай одним взглядом понял, что у неё нет шансов покинуть этот бар живой. Вернее, её выпустят, но на улице...

Там её просто разорвут.

И это будет справедливо.

Николай поставил пустую чашку кофе на стол и откинулся на спинку стула, скрестив руки на груди. Помогать ей он не собирался. Более того, в его голове проскользнула зловещая мысль – а не стать ли ему частью той толпы, что будет её разрывать…»