Я ору про себя, но наружу не выходит ни звука. То, что творится со мной, не передать — такого не пожелаешь даже врагу. Только враг здесь, совсем рядом. Этот «метр с кепкой» торжествует за дверью, пока муж рассуждает, как мне жить дальше.

— Жалко тебя. Не унижайся, Лиза! Уезжай. Ещё найдёшь своё счастье!

Лучше бы он промолчал. Жалость я не выношу. Выпрямляю спину, сжимаю в кулак остатки гордости, глотаю слёзы и упрямо цепляюсь за каждое слово:

— Яковлев, ты бы себя пожалел. Своё я заберу обратно!

Онемевшие губы еле складываются в усмешку. Реквием по любви пахнет совсем не розами.

— Готовься: из квартиры, которую у меня отняли, ты отправишься в тот самый деревенский домик!