Я погиб в пятницу на МКАДе, а очнулся в сентябре 1979-го — в теле 23-летнего лейтенанта милиции в тихом Краснозаводске. Вместо прежней жизни — чужие воспоминания, восемь метров в коммуналке, другая форма и служба в уголовном розыске. Но сознание осталось моим: за плечами двенадцать лет оперативной работы в Москве двухтысячных. Теперь, чтобы добраться до истины, придётся играть по советским правилам — без баз данных, без привычных экспертиз и без права на промах. Потому что здесь любое «мелкое дело» — это чья-то судьба и живой человек за каждой строкой протокола.